Сто, пятьдесят, еще червонец
спокойной ночью,
пускай слипаются бессонниц
косые клочья:

поскольку ночью до кровати
добраться трудно,

«Академическая» платит
за Чистопрудный.

Бежит запасная дорога
от дома к дому,
спешит воздушная подмога
аэродрому,

ничтожный паводок сыпучий
стучит по жести,
и человек обнялся с тучей
из поднебесья,

но невозможно переправить
рассудок в разум,
нельзя предчувствие и память
окинуть глазом

из запечатанной шкатулки
самообмана.
Архангельскому переулку
я врать не стану.

Перед отчаяньем глазастым
стоит экзамен.
Полоска тоненького наста
блестит, как знамя:

сдавайся, добрый друг, на милость,
забудь о прочем.
Ну, вот. Бессонницы сложились,
спокойной ночи.